Еду как-то домой по трассе, вижу ДПС в засаде - за скорость ловят. Ну, как порядочный водила, проехав сразу начинаю моргать встречным, дескать "гАи на дороге!". Увлекся что-то, уже с километр проехал, а все предупреждаю. Вдруг из потока встречных машин вываливает гибдуновский "форд" и летит навстречу. Ну, думаю, попал... Нарушение правил пользования световыми сигналами, отбрехиваться с полчаса... Настроение упало. Но "форд" не останавливаясь пролетает мимо, а из опустившегося окна вываливается этакая сытая гаевская рука с поднятым средним пальцем.
Разборок избежал, настроение поднялось. Честно говоря, ржал весь остаток пути.

Этот случай произошел на паре у моего сотрудника, а занятие по английскому он проводил в группе вечерников. Ну, деятельность традиционная - чтение-перевод. Ну и один трудяга, далекий от всякого авангардизма типа английского, тщетно силится прочитать слово «рrobably». Звучит это примерно так: «Про... про...проба» Тут он, понимая, что ни за что его правильно не прочтет, шепотом (который, тем не менее хорошо слышен), выругивается: «Бля!!!» С тех пор так мы это слово и произносим в научных кругах - «пробабля», с ударением на последнем слоге - естественно, когда студентов рядом нет.

Мы с приятелем возвращались из дальнего турпохода. Билетов, как всегда, не было, и проводница согласилась за скромную мзду приютить нас в служебном купе. А тут, как назло, ревизия. Проводница прибегает: "Ребятки, идите, пожалуйста, в вагон-ресторан, переждите". Пришли, купили себе на оставшиеся гроши хлеба. Час, другой, третий - сидим пьем чай. Когда и нам, и официантам стало вовсе невмоготу, вернулись в вагон - а ревизоры еще не ушли. "Ничего, - говорит проводница, я договорюсь." И подсаживает нас - а дело уже к ночи - в купе-люкс к пожилой супружеской паре. "Понимаете, хорошие ребятки, студенты, из похода, вы не думайте, что они в бородах и оборванные все." Уселись в ногах кроватей. Сидим, молчим. Молчат, но не спят, и лежащие на полках муж с женой. И вдруг мой приятель вспоминает, что мы в ресторане вынимали перочинный нож. Он начинает рыться по карманам и, не найдя его, тихим, но оглушительно звучащим в тишине купе шепотом спрашивает меня: "Миша, ты нож взял?" Боже, как закричала бедная женщина!