Прочитала историю Сергея "Допрограммировался" и вспомнила нечто аналогичное про себя.
Еду я как-то домой после напряженного трудового дня, проведенного безотрывно от компьютера. Глаза практически ничего не видят, поворачиваются только вместе с головой, а голова совершенно квадратная, и мысли проворачиваются чрезвычайно медленно и с ужасным ржавым скрипом.
Еду на переднем сиденье маршрутки. Колонна машин тащится еле-еле. Я смотрю прямо перед собой, тупо уставясь на номер впереди идущей машины. А номер у ней 18-25. И вот у меня в голове проскрипывает такая мысль: "18-25, 18-25... Ни фига себе, уже почти половина седьмого..."
Все-таки вредно много работать...

Уж не помню точно, что был за день - где-то в октябре. Это и не важно. Послали меня с водителем в командировку за грузом дня на 3-4. Едем, Саня, как всегда, о бабах, а я кемарю. Проснулся оттого, что Саня толкает: смотри, мол, человек лежит на обочине. Уж темнело - как он увидел? Кинулись к бедняге. Рядом с ним валялся велик. Мужик не дышал. Сделали искусственное дыхание - ничего. Тогда Саня предложил сматываться, чтоб убийство не повесили. Я почти согласился, но достал нашатырь. Хотел дать ему понюхать, переборщил и пролил ему в нос. Труп вдруг зашевелился и открыл остекленевшие глаза. Оказалось, он просто был пьян! По паспорту выяснили, что зовут Фёдором, живёт он недалеко, километрах в семи. Матерясь, мы собрались уезжать, но жалко стало мужика - заболеет и впрямь помрёт. Решили его подбросить. Я снова закемарил и проснулся из-за того, что водила остановился, чтобы солярки из канистры подлить. И вдруг мы услышали - кто-то в фургоне пытается запеть. Мать честная! Мы же проехали уже 150 км и Федю забыли выгрузить!!! Обратно поворачивать не было времени и горючки. Брать с собой? На трое суток? На какие деньги его кормить, да и будет ли Федя доволен, когда очухается? Короче, достали мы бутылку самогонки, налили мужику стакан, потом вынесли подальше на обочину, подложили под него грязный зипун, рядом - его велосипед и полбутылки для тепла. Рванули своей дорогой. Задержались мы в командировке. Едем обратно мимо того села, Саня и говорит: неспокойно, мол, на душе, с Федей то плохо обошлись, надо узнать... Заехали. Нашли дом Фёдора, каким-то образом сохранившийся в памяти. В огороде женщина копалась. Спросили мужа. Она, мол, а зачем?
- Да вот, - говорим, - хотим увидеть старого друга, по стаканчику выпить.
Она нас оглядела придирчиво и говорит:
- Что старых друзей не забыли - хорошо, ну а пить бы с вами он всё равно не стал!
- Почему? - удивляемся.
- Да он, - объясняет она, - всей деревне клятву дал, что не будет пить, и в церковь ходил, в Бога теперь верит. Он и сейчас там.
- А что случилось?
- Да поехал он к брату в соседнюю деревню, напился до чёртиков. Его вечером посадили на велик и отправили домой, благо тут недалеко и прямо. Дальше он ничего не знает. Говорит, очнулся бог знает где - от села в 150 км! И до сих пор не поймёт, как попал НА ВЕЛОСИПЕДЕ в такую даль! Не иначе как нечистый сподвиг! А вот и он, кстати, из церкви-то...
Но мы Федю не подождали, бегом в машину и дёру...

Случилось мне прийти в нашу бухгалтерию и сесть за один из их компьютеров. Мать моя... Смотрю на экран и почти ничего не вижу. Протираю защитный экран, но он и так чистый. Тогда я приподнимаю его и провожу пальцем по стеклу монитора - на нем остается полоса, через которую проступает кусочек изображения.
- А мониторчик-то протирать иногда надо. - Говорю я, обращаясь к хозяйке компьютера.
- А-а-а!!! Что ты наделал! Это специально так было. Теперь мне опять будет слишком ярко.
Ну что тут ответишь...